ОСНОВЫ ЗДОРОВЬЯ

Медсестра из Волжского рассказала о работе ковидария, где лечат беременных

ВОЛЖСКИЙ (Волгоградская область), 4 сентября – РИА Новости, Светлана Самсонова. На вопрос, стоит ли ехать в «красную зону», не решалась Ольга Волчанская, старшая медсестра Волжской инфекционной больницы, где в основном лечатся беременные от коронавируса и кардиологические пациенты. Она считает, что раз уж она надела белое пальто, она должна быть готова ко всему, в том числе и к работе в тяжелых условиях. Медсестра рассказала РИА Новости об особенностях обращения с женщинами в ситуации, о том, как работа в ковидариуме изменилась с самого начала пандемии и в чем еще опасность новой волны COVID -19. Тихое место В мае 2020 года в четырехэтажном корпусе кардиологии больницы № №3 в городе Волжский, расположенном в 30 км от Волгограда, перепрофилирован в инфекционную больницу. Сейчас здесь запланировано 230 коек, еще 20. Сюда привозят больных не только из Волжского и Волгограда, но и из соседних районов области. В ковидарий в первую очередь госпитализируют беременных и «сердечных больных» с коронавирусом. Волчанская работает с первого дня открытия больницы, за это время она и ее коллеги научились быстро одеваться: за несколько минут – и медицинский костюм, одноразовый защитный костюм с капюшоном, под которым также есть платок, на ней уже две пары перчаток, маска и очки. Корреспонденту РИА Новости помогли с платьем медсестры: «Мы как солдаты: раз, два – и мы оделись!» – говорит Ольга, обматывая шею, руки и ноги скотчем, чтобы костюм и бахилы сидели идеально. Чтобы врачи как можно меньше времени тратили на переодевание, медсестры разложили по полочкам все: одежду, маски, отдельные перчатки. Все знают, где и что это. Помещения, где переодевается обслуживающий персонал, отделены от входа в «красную зону» небольшим коридором, часть которого обвешана толстой полиэтиленовой занавеской, а вместо порога он стоит лоток с дезинфицирующим раствором, на который необходимо наступить. Возле входа находится реанимационное отделение. Две палаты отданы в реанимацию, там 18 человек, почти все с кислородными масками и две с аппаратами ИВЛ.В реанимации тишина, слышно только, как работают аппараты ИВЛ. Врачи, оказывающие помощь одному из внезапно заболевших пациентов, проводят все манипуляции без лишней суеты, спокойно и осторожно: вводят лекарство, проверяют показания приборов и проводят интубацию для подключения к аппарату ИВЛ. «Есть более тяжелые случаи. Этот пациент переведен на искусственную вентиляцию легких в связи с нарастанием дыхательной недостаточности. Сейчас в отделении интенсивной терапии находятся в основном пожилые люди с сопутствующими заболеваниями сердца, эндокринной системы, сахарным диабетом, острой коронарной недостаточностью синдром, есть и беременная », – говорит реаниматолог Гарик Саркисян. Он работает в этой инфекционной больнице четыре месяца, переехал из другого ковидария. В его практике известны случаи выздоровления пациентов с 90% поражением легких. Самое главное, считает врач, – это то, что сам пациент считает, что может победить болезнь, жизнь иногда зависит от настроения. Саргсян говорит, что самое худшее в ее работе – это не помогать кому-то: единственная беременная женщина, 31-летняя Зульфия, находится под особенно пристальным наблюдением в реанимационном отделении. Женщина почти неподвижно лежит на кровати, но в сознании и даже может говорить. «Я жду второго ребенка. Моей старшей дочери, ей два года, вместе с мужем, несмотря на небольшое повреждение легких, в течение нескольких дней поднималась температура». Здесь под круглосуточным наблюдением врачей и медсестры, безопаснее. Как только опасность минует, нас переведут обратно в палату », – говорит Волчанская. В соседнее отделение интенсивной терапии недавно перевели 45-летнего Дмитрия, у него тоже длительная температура. Чтобы облегчить дыхание, он ложится животом вниз ». Так диафрагма не давит на легкие, и они открываются, – поясняет медсестра. Я уже второй раз нахожусь в больнице с коронавирусом. Впервые у меня была пневмония два месяца назад, но потом я выздоровел «через неделю. Теперь лежу дольше. Это неприятно. Вот и все. Мы с женой тоже здесь лежим. Оба больны», – говорит Дмитрий. Я знаю это по глазам. Смена врачей и медсестер в «красной зоне» занимает четыре часа. В полной защитной одежде они берут кровь, измеряют артериальное давление, насыщение кислородом и даже проводят операции. Тяжело, но за полтора года работы, признаются, привыкли. После четырехчасовой смены они уходят в «чистую зону»: отдыхают, едят, заполняют бумаги, записываются на прием, проверяют анализы и снова возвращаются к больным. В общей сложности они проводят 12 часов с больными коронавирусом на ежедневных дежурствах, но при необходимости они могут занять больше времени ». Я даже не задавал себе этот вопрос, чтобы уйти на работу в« красную зону »или не идти выполнять свой долг. Когда мы облачились в белые халаты, мы поняли, что в нашей жизни может произойти все, что угодно и что помощь пациентам – это наше призвание, наша работа. Вернулись месяц или два, но уже как пациенты », – говорит Волчанская, когда мы подходим к четвертому этаж, где лежат беременные. У самой Ольги в прошлом году был коронавирус, у нее было 50 процентов поражения легких, но лечили амбулаторно. Сейчас она уже прошла полный курс вакцинации, как и большинство сотрудников больницы. «Те, кто побывал в« красной зоне », увидели глазами тех, кому нечем дышать, опасность заражения коронавирусом на троллейбусе объяснять незачем. Еду в палаты – каша гречневая с мясом, яичная газировка , чай с выпечкой “Вкусно. Но я все еще хочу домой », – говорит одна из беременных пациенток. Она здесь со второй недели. Сначала мой муж заболел, но он заболел легким коронавирусом, и она оказалась здесь.« Здесь есть лекарства, персонал хорошо о нас заботится. «Я надеюсь, что меня выпишут в конце недели», – говорит женщина. Мы спустились на второй этаж, в «сердце». Чтобы не выпускать пациентов из палат, чтобы не было перекрестных инфекций даже в самих палатах не шумно: у больных с затрудненным дыханием нет времени на шумные разговоры: «Обязательно напишите об отличной работе наших врачей, они такие внимательные», – спрашивает Зоя Александровна, ей меньше 70 лет лет. Она говорит, что вся семья заболела коронавирусом. «Мы научились различать медсестер и врачей, даже если мы не знаем их ни по фигуре, ни по лицам. Но давайте посмотрим в глаза и посмотрим, кто именно пришел. Никому не показываем, хорошо. А у нас жалобы, с болячками », – говорит женщина. Ее соседка Нина Кирилловна, тоже пенсионерка, признается, что только после того, как она заболела, ее отношение к ковиду изменилось.« Одно дело, когда это слышишь другое дело, когда ты болен. Когда она задыхается, воздуха не хватает, ничего хорошего… Надо быть осторожным и сразу же идти к врачу », – дает он ей совет. Может тебе это не понравится. Во-первых, человек в защитном костюме опрыскивается раствором, содержащим хлор, поэтому руки в перчатках нужно смочить дезинфицирующей жидкостью и только после этого можно переходить к следующему шлюзу за занавеской.Здесь нужно аккуратно снять комбинезон, бахилы, шарф, надеть их в емкостях с жидкостью. Все это будет выброшено после дезинфекции. Перчатки снимаются в последнюю очередь. В «красной зоне» мы с Волчанской пробыли часа два – нам буквально пришлось выливать пот с перчаток ». Теперь все врачи и медсестры понимают, зачем им нужны такие меры предосторожности. Год назад мне говорили, что в этом нет необходимости, медсестры отказывались проводить дезинфекцию, складывали в пакеты свои средства индивидуальной защиты. Кто-то ушел в «красную зону» просто для заработка, но не хотели работаю согласно требованиям, которые я представил часть больницы №2. 3 Мария Магдеева, встретившая нас на выходе из «красной зоны». Но сейчас, по прошествии полутора лет, команда работает как слаженный механизм: все знают, что и как делать, нет лишней суеты. В прошлом году, когда кардиологический корпус начал работать как ковидарий, было сложно не только для врачей. По словам заведующего лечебным отделением, больничная кухня не была рассчитана на резко увеличившееся количество пациентов, а также необходимо было кормить персонал: «Местные жители помогали и продолжают помогать нам. Например, чеченская диаспора. “Надежда”. Готовили, приносили еду и подарки для одиноких матерей, работающих в больнице. Приходы очень помогают “, – говорит Магдеева. Когда все закончится. По словам Волчанской, течение болезни разное: переносить коронавирус могут и пожилые, и молодые люди. Особенно ее беспокоят беременные. : По ее словам, у них ни разу не было ни одной смерти среди этих пациентов в больнице. «Вирус сейчас по-другому поражает легкие. Пневмония протекает больше по тромботическому типу. Раньше при поражении образовывались« матовые стекла », теперь образуются тромбы, для свертывания крови вводят большие дозы антикоагулянтов», – говорит Магдеева. На вопрос, когда, по их мнению, закончится пандемия, собеседники отвечают: когда люди научатся соблюдать меры безопасности, делать прививки. Волчанская отметила, что в последнее время наблюдается уменьшение количества госпитализаций: «Пусть всего на 2-3 человека меньше, но душа уже становится счастливее», – признал он.

Источник: ria.ru

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

девятнадцать − 11 =